Охранять от охранников

Об отношении общества к искусству

журналист, литературный критик

Эта история вроде бы и смешная – в самом деле, охранник, которому доверили охранять картины, взял да и пририсовал к фигурам на холсте глаза! Вроде бы даже весело, но сквозит в этом веселье какая-то трагедия. Трагедия судьбы, трагедия человека, который оказался не на том месте, потому что никакого места для него в мире нет.

Начать хотя бы с того, как этот инцидент освещали в средствах массовой информации. Формулировка везде звучала так: «Охранник пририсовал глаза к картине ученицы Малевича». Будто кроме Малевича и художников нет, если Малевича не упомянуть, то и новость то никто читать не станет. А между тем, глаза появились на картине художницы Анны Лепорской «Три фигуры». И, надо сказать, что Лепорская и без Малевича – художница, достойная внимания и узнавания.

Ученицей Малевича она, безусловно, была, и это видно невооруженным глазом – та же картина «Три фигуры» укладывается в изобразительный ряд, где и «Женщина с граблями», и «На сенокосе», и «Девушки в поле». Это, однако, не значит, что близкой к Малевичу стилистикой исчерпывается творчество Лепорской. Можно вспомнить ее весьма самобытную работу «Группы ПВО на Фонтанке» 1942 года. Всю войну Анна Лепорская провела в Ленинграде, где продолжала писать картины и работать на заводе, получая сопутствующие времени и обстоятельствам травмы и заболевания – обморожение, дистрофию, цингу. Замечательная воздушная и будто бесконечная акварель Лепорской «Облако над холмами», которая перекликается с росписью сервиза ее же авторства «Снопы». Вообще Лепорская вполне реализовалась именно как художник Ленинградского фарфорового завода, где создала потрясающие произведения росписи по фарфору и дизайна самих сервизов. Все это я так долго описываю для того, чтобы дать понять: Лепорская – выдающийся русский художник, а не просто «ученица Малевича».

И вот ее работу «Три фигуры», принадлежащую собранию Третьяковской галереи, выставили в екатеринбургском «Ельцин Центре». Любой, кто знаком с историей России, скажет: хорошее место именем Ельцина не назовут, и картины туда возить незачем. Тем не менее, выставка «Мир как беспредметность. Рождение нового искусства», посвященная, разумеется творчеству Казимира Малевича, прошла с успехом. Для всех, кроме одной работы Анны Лепорской.

7 декабря прошлого года сотрудник частного охранного предприятия заступил на службу, это был его первый рабочий день. В какой-то момент смены охраннику стало скучно, он взял сувенирную ручку «Ельцин Центра», подошел к картине «Три фигуры» и двум фигурам подрисовал глаза. На следующий день охранник уволился, заперся дома и долгое время ни с кем не разговаривал.

С картиной, скорее всего, все будет в порядке. Чернила от шариковой ручки проникли в слой титановых белил, но как утверждают эксперты Третьяковской галереи, картину полностью восстановят за 250 000 руб., благо застрахована она на 75 млн.

Картина спасена, но погублена жизнь охранника. Не то чтобы его хотелось защитить, но его действия хотелось бы осмыслить.

По оценкам на весну 2021 года, в России около 700 000 человек имели лицензию для оказания охранных услуг. Но, видимо, в 20 000 действующих охранных предприятий лицензии распределены не подушево. Вряд ли такая лицензия есть у каждого охранника. И это приводит уже к другой оценке – охранников в России больше двух миллионов.

А кто такой охранник? Это человек, который, скажем прямо, напряженной деятельностью не обременен. Даже охранник, работающий на транспорте. Помню, пару лет назад в переполненной электричке буянил выпивший и крайне неуравновешенный великан. Пассажиры обратились к проходящему и пребывающему на службе охраннику. «А я не полицейский, я ничего сделать не могу», – честно ответил охранник.

На 90% работа охранника – это разновидность пособия. Человек получает деньги просто потому, что обществу необходимо куда-то пристроить два миллиона здоровых мужчин, которые ничего не умеют делать. Раздавать небольшие суммы просто так – опасно, грозит деградацией. А служба в охране все-таки предполагает, что человек должен прийти на работу. Одетым, здоровым, трезвым, чистым. Это поддержание человека на уровне и необременительное его финансирование.

Неудивительно, что человек, работающий охранником, испытывает некоторый дефицит самореализации. А если этот человек оказывается посреди произведений искусства? Ведь произведения искусства – это вершина деятельности человека, пик реализации творческой потенции. И вот сидит охранник, а вокруг него все только прекрасное и утонченное. Удивительно ли, что он хочет этим причаститься? Стать элементом этого легкого, но насыщенного, этого красивого, но строгого, этого осмысленного и чувственного мира искусства? Это вполне естественно. И тогда охранник решил принять участие в создании картины, стать равным творцу, и даже превзойти его – ведь он дополнил уже существующую, готовую и признанную классикой картину. У фигур на картине Лепорской не было глаз, теперь они есть.

Стремление человека творить имманентно его природе. Это неотъемлемая часть самой человеческой сущности. Более того это его – человека – функция, ведь он создан по образу и подобию божию, то есть по образу творца. Другой вопрос, что функция общества в том числе состоит и в том, чтобы защищать уже созданное от тех, кто хочет его улучшить. Общество научилось выставлять в галереях картины и даже научилось охранять эти картины с помощью миллионов охранников. Осталось только научиться охранять картины от этих охранников. Возможно, тем, кто охраняет искусство, помимо зарплаты и чистой одежды еще нужны занятия арт-терапией. Чтобы снимать стресс, зуд и желание дорисовать глаза там, где их быть не должно.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

Поделиться:
Загрузка
Найдена ошибка?
Закрыть