Сделать Газету.Ru своим источником в Яндекс.Новостях?
Нет, не хочу
Да, давайте

Кардашьян своего времени: о ком сериал «Анджелин», разоблачающий таинственную звезду 80-х

Вышло драмеди «Анджелин» о феномене звездной предшественницы Кардашьян и Хилтон

На стриминговом сервисе Peacock вышел сериал «Анджелин», в основе которого — история реальной звезды Лос-Анджелеса 80-х. У нее не было фамилии и конкретного вида деятельности, но она стала локальным феноменом, прославившись лишь тем, что... была знаменита. Анджелин предвосхитила культ славы и появление таких светских бездельниц, как Пэрис Хилтон и Ким Кардашьян. «Газета.Ru» рассказывает, каким получился проект о человеке, придумавшем себя с нуля.

«Я не женщина, а икона» — с этой аффирмации начинается сериал, рассказывающий о невероятном жизненном пути девушки по имени Анджелин, о которой слышал весь Лос-Анджелес 80-х, но которую при этом мало кто знал на самом деле. В 1982 году Анджелин (ее блестяще играет изменившаяся до неузнаваемости звезда «Бесстыжих» Эмми Россум) решает покорить весь мир, для чего придумывает четкий план.

Сперва она становится фронтвумен локальной рок-группы, а когда понимает, что выступая в маленьких полуподвальных клубах большой звездой не стать, придумывает гениальный план по продвижению — развешивает по всему Лос-Анджелесу огромные билборды с собой-любимой. План Анджелин срабатывает: во всем городе только и разговоров, что о загадочной блондинке с шестым размером груди и ее туманной биографии.

О происхождении не только самой Анджелин, но и ее доходов задумывается каждый второй обыватель, ведь кто-то же платит за весь это праздник тщеславия? Стоимость беспрецедентной промо-акции — $50 тысяч. Откуда такие деньги у никому не известной девушки? Что ж, на этот и многие другие вопросы о личности и жизни Анджелин пытаются ответить режиссеры шоу Люси Черняк («Конец ***го мира») и Мэттью Спайсер («Куколка»).

Выбор постановщиков, как и Россум на главную роль, — первое из череды удачных решений продюсеров сериала. Черняк и Спайсер идеально улавливают подчеркнутую абсурдность истории, напоминающую скетчи SNL. «Анджелин» с первой и до последней минуты — избыточный гротеск в чистом виде. А как иначе, если сама Анджелин мыслила исключительно большими масштабами: сделала себе гигантскую грудь (страшно представить, что было с ее спиной в старости), взрастила в себе грандиозные амбиции, а прославиться мечтала на весь мир — и ни страной меньше.

Но при всей подчеркнутой комичности происходящего на экране — в истории довольно быстро обнаруживается драма. В одной из первых сцен Анджелин, сравнивая себя с Барби, указывает на главное преимущество неодушевленной куклы перед живым человеком: «С ней можно делать все что угодно, но ей не будет больно. Разве это не здорово, не испытывать боль?»

Зритель невольно задается вопросом: что должна была пережить Анджелин, чтобы захотеть сбежать от себя, пересобрав свой внешний имидж заново? Так рождаются почти шекспировские сомнения, но это уже не просто «быть или не быть», а точно быть, вопрос лишь — кем?

Однако Анджелин, стремящаяся всеми силами оказаться в центре внимания, не готова пролить свет на свое прошлое, превращая себя из живого человека в произведение искусства — эдакий несостоявшийся перформанс Марины Абрамович, о том, как вымышленный герой замещает своего создателя.

В этой системе координат, словно по законам нолановской вселенной, время постоянно меняет свой ход, а прошлое каждый раз переписывает себя заново. Эта твердость в намерении скрыть свою биографию и карикатурность происходящего роднят Анджелин с еще одним героем массовой культуры — Томми Вайсо, чудаковатым анонимом, одержимым мечтой стать большим режиссером, но не имеющим профильного образования и таланта.

Что известно точно — Анджелин почти за 30 лет до того, как это стало мейнстримом, определила тренд на ничем не подкрепленную славу. Во время различных ток-шоу ведущие неустанно спрашивают ее: «Чем конкретно ты занимаешься? Кто ты?»

«Я та, кем ты хочешь меня видеть», — кокетливо отвечает Анджелин, скрывая глаза за стеклами солнцезащитных очков.

Все это напоминает эпизод из реалити семьи Кардашьян, в котором Ким, сидя в машине с тогдашним мужем Канье Уэстом и дочерью Норт, объясняет последней, почему все эти люди фотографируют их и преследуют по улицам Парижа. «Ну, твой папа гениальный музыкант, дизайнер и автор», — начинает Ким. «А ты?», — спрашивает маленькая Норт. «Я? А я просто Ким Кардашьян», — победоносно отвечает звезда.

Сыгравшая Анджелин Эмми Россум в этом проекте — настоящая эквилибристка, балансирующая между карикатурностью, высокомерием, тщеславием, хрупкостью и даже невинностью своей героини. Это миф, что в Анджелин нет ничего особенного: ее главный талант — бескомпромиссная самоуверенность, а умение очаровывать всех вокруг не может не восхищать.

Более того, поставленных целей она достигает безошибочной точностью действий, создавая культ личности исключительно на своих условиях. И чего у нее точно не отнять, так это дара рассказчицы. О ком и чем бы Анджелин ни говорила, она всегда в центре истории — то самое солнце, вокруг которого вращаются остальные планеты.

Но, конечно же, долго этот городской миф не просуществовал, с годами истинная биография Анджелин (на самом деле Рене, но в сериале — Рейчел) была раскрыта в посвященном ей профайле The Hollywood Reporter. Дочь польских эмигрантов, чудом переживших ужасы холокоста и приехавших в Америку за лучшей жизнью, рано потеряла мать и не особо ладила с отцом (сама она настаивает, что потеряла родителей, когда ей «было пять или что-то вроде того»).

Выдуманная ей такая яркая и всегда счастливая Анджелин защитила Рене от жизненных тягот, позволила спрятаться за альтер эго — как за красивым фасадом. И этот образ оказался куда интересней настоящей Рене. Да, Анджелин по сути нечего было сообщить миру, но до последнего она верила, что только лишь ее одной всем будет достаточно. А прошлое неважно, нечего о нем и говорить.

В финале первой серии находящийся в рехабе герой, которого навещает Анджелин, умоляет ее уходя посмотреть на него еще один последний раз. Но Анджелин не оборачивается назад: ни в этой сцене, ни когда-либо еще. Ее взгляд устремлен только вперед, а всякий, кто ошибся на ее счет, сам виноват. Ведь как писал классик: «Ах, обмануть меня не трудно. Я сам обманываться рад».

Поделиться:
Загрузка
Найдена ошибка?
Закрыть