Сделать Газету.Ru своим источником в Яндекс.Новостях?
Нет, не хочу
Да, давайте

Как Леонид Брежнев привез к нам Мэрилин Монро

О непростом пути комедии «В джазе только девушки» на советский экран

Политолог

Когда сейчас некоторые ретивые блюстители нравственности нападают на не понравившиеся им произведения искусства или «псевдоискусства», они, конечно, в голове держат советскую модель. И другой у них для вас нет. Когда все решалось на высоком уровне, зато потом народ «не вякал»: мол, если партия уже решила, что такое хорошо, а что такое плохо, то нечего беспокоиться и волновать попусту свои нравственные чувства. Но ведь и партии приходилось порой нелегко. Экий ведь тяжелейший труд – брать на себя ответственность, что смотреть простому советскому обывателю, а что нет, что ему читать, а что не стоит, поскольку чтение сие совратит его с пути истинного – строительства коммунизма – и направит на кривую дорожку крамолы, низкопоклонства перед Западом и бог еще весть куда. Вплоть до предательства Родины.

Ответственные партийные работники бдели с утра до ночи, занимаясь в том числе такими вопросами, какие современному человеку покажутся сущей нелепицей: неужели вот это вот все – уровень государственных деятелей? Трудно представить, согласимся. Тем, кто не знает.

Зато советское мороженое было отличное (первый завод в 1938 году был построен в Москве благодаря поездке в США Анастаса Микояна, договорившегося о поставках американского оборудования).

Вот какая история приключилась, к примеру, с американской комедией «В джазе только девушки» (в оригинале «Some Like It Hot»). Как раз 25 апреля 1966 года в Москве состоялась премьера, а в широкий прокат фильм вышел уже в августе того же года, став одним из самых кассовых зарубежных фильмов советского проката: за год его посмотрели более 45 млн человек, а всего в СССР более 77 млн. Это был один из двух фильмов, в котором советский зритель мог увидеть Мэрилин Монро: в этом фильме она была в главной роли, а в 1960-м в советский прокат вышел фильм «Все о Еве» (1950 года), где она сыграла в эпизодической.

Фильм был снят Билли Уайлдером в 1959 году. Однако в те времена американские фильмы если и попадали на советский экран, то почти всегда с опозданием в несколько лет.

Не было такого понятия применительно к Советскому Союзу, как «мировая премьера» с одновременным (хотя бы примерно) выходом фильма в Америке и в нашей стране. Сейчас, видимо, мы снова к этому пришли из-за санкций.

В советский прокат в 1950–1960-х годах попадала ничтожная доля продукции Голливуда – по 3-5-8 фильмов в год, десять уже были исключением. При том что в год в Америке в то время снималось несколько сотен полнометражных фильмов против примерно двух десятков у нас на дюжине киностудий.

Так, в том же 1966 году в СССР попало в прокат восемь фильмов из США, пришедших к нам с опозданием на 3-7 лет. А к примеру, в 1964-м – три. В 1957 – вообще один, причем режиссера Бибермана («Соль земли»), который был уже к тому времени изгнан из Голливуда маккартистами за якобы «коммунистическую деятельность». В следующем – вообще ни одного. Так что отбор режиссеров был у нас строгим. Как сейчас сказали бы, из числа «дружественных» или хотя бы условно дружественных. В 1950-е были несколько лет, когда выходили на экран пяток американских фильмов, но все они были производства 1930-х годов. Так что опоздание в семь лет фильма с Мэрилин Монро было нормой.

Вообще само по себе появление такого фильма в СССР было удивительным. Хотя там и в помине нет никакой «обнаженки» (в Америке тогда с этим тоже было строго), но там в принципе впервые для нашей аудитории открывались вопросы секса. Которого в СССР вроде как не было, но он был. К тому же два героя-мужчины постоянно ходят в женском платье и на каблуках (Джек Леммон и Тони Кертис).

Для их обучения женским манерам из Берлина был специально приглашен известный трансвестит Барбет. Можно себе легко представить, наверное, что если бы сейчас вскрылась такая история, то в каких-нибудь околодепутатских кругах нашелся бы тот, кто возопил о воспевании нетрадиционных секс-отношений. Но, забегая вперед, скажем, что советскому руководству такая идея в голову не пришла – даже противникам фильма. Настолько они были уверены тогда в правильной ориентации. А вот в Америке аргумент режиссера (который просто не любил цветное кино, которое тогда в США снимали вовсю) насчет того, что два заглавных героя в цвете выглядят как «двое размалеванных зеленых геев» (сказалось еще невысокое качество пленки) стал, согласно легенде, главным, чтобы убедить Монро сняться в черно-белом фильме. Тем более что события фильма происходят в 1920-х годах. Хотя по ее контракту с компанией Fox это было запрещено.

В советский прокат запустить фильм собирались еще в 1963 году, на излете «оттепели». Собственно, именно благодаря «оттепели» и стал возможен выход и легкомысленной – человеческой – комедии «В джазе только девушки» и появившегося в том же году в прокате фильма Марлена Хуциева «Июльский дождь» – о сложных человеческих отношениях без всяких заморочек насчет классовой борьбы (или войны) и прочей политической кинотрескотни.

Впрочем, хуциевская «Весна на Заречной улице», ставшая первой ласточкой десталинизации в кино, появилась еще в 1956-м.

Протолкнуть на советский экран «безыдейный фильм», да еще американский, было непростой задачей. И вот в записке в ЦК КПСС (а куда же еще, вот на таком уровне тогда принимались все сколь-либо значимые решения) председатель Госкино Романов пишет о просьбе разрешить приобрести американский фильм «Некоторые предпочитают это в темпе» (так он перевел) «крупнейшего американского режиссера» (а фильмы Уайлдера уже были в советском прокате, так он был «акцептован»). В центре сюжета, пишет Романов, «комические похождения двух бродячих музыкантов». То есть как бы классово «дружественных». «В фильме также показывается связь гангстерской шайки с деловыми кругами». Это тоже важно подчеркнуть! Также Романов уверяет, что фильм предварительно посмотрели в Госкомитете «с привлечением общественных организаций, писателей и кинематографистов». И все вроде одобрили. У нас тоже некоторые сейчас предлагают такие цензурные «худсоветы», ничего нового тут нет.

Цена вопроса была 54 тысячи инвалютных рублей, они же примерно 135 тысяч долларов (вот он, «заветный» курс обмена валюты на госнужды). Однако последовал официальный отказ. Мол, слишком дорого. Ну, разумеется, не на цензуру же ссылаться.

Неофициально за отказом, видимо, стоял ставший позже «серым кардиналом» всей советской идеологии, который уже тогда курировал «культурку», секретарь ЦК Михаил Андреевич Суслов. Он вообще терпеть не мог американское кино и увидел в этом фильме потенциально вредные последствия для сознания и морали советского человека. Есть такая у многих слабость к Америке и поныне, так что можно понять.

Однако затем был момент, когда Суслов – весной 1964 года, за полгода до смещения Хрущева – впал у первого секретаря в немилость. Этим и воспользовались в мае 1964 года два других секретаря ЦК – Леонид Ильич Брежнев (он был еще и председателем Президиума Верховного Совета СССР) и Александр Николаевич Шелепин. Брежнев тогда был относительно молодым. Он, родом из Малороссии, между прочим (нынешняя Днепровская область Украины), вообще был большим жизнелюбом. Думаю, ему просто понравилась Мэрилин Монро. Поддержавший его Шелепин – фигура нынче уже подзабытая. В 1958 году (до 1961-го) он был направлен Хрущевым руководить КГБ, чтобы довершить дело «десталинизации», и провел определенную работу в этом направлении. Затем возглавил Комитет партийного контроля. А в 1962 году был одним из тех, кто на месте подавлял войсками массовые беспорядки в Новочеркасске. Но и таким людям, как видим, «ничего человеческое не чуждо». В мае 1964 года на секретариате ЦК покупке дали добро.

Потом его дублировали на студии им. Горького.

Все зарубежные фильмы после Второй мировой войны дублировались в СССР в обязательном порядке (хотя первый дубляж состоялся еще в середине 1930-х). Почему? Ведь это дороже намного и субтитров, и закадрового синхронного перевода (который получил распространение лишь в конце 1980-х). Помимо того, что это была отдельная индустрия, дававшая хорошие заработки актерам дубляжа, а также выстраивала барьеры на пути изучения «недружественных» иностранных языков, главными все же были цензурные соображения.

При дублировании фильма создается ведь совершенно новая речевая фонограмма – на русском языке, которой заменяется оригинал. Поэтому появляется много возможностей для редактуры текстов и смыслов зарубежных фильмов. В некоторых фильмах в процессе дубляжа появлялся закадровый голос рассказчика, который «идеологически правильно» разъяснял суть происходящих событий, меня смысловую нагрузку сцены или всего фильма.

В процессе подготовки к прокату в оригинальной версии фильма вырезали примерно 25 минут (полная версия появилась в России лишь в 1999 году). Причем даже не столько политические шуточки (все равно контекст был американский), а шутки на тему секса, а также слишком долгие поцелуи. По тем временам – сущая эротика. Впрочем, в американском штате Канзас комедию «Some Like It Hot» и вовсе запретили из-за ее фривольности. Так что секретари ЦК КПСС Брежнев и Шелепин, благодаря которым советский зритель увидел соблазнительные формы Мэрилин Монро в обтягивающих платьях с декольте, на тот момент оказались, как видим, даже либеральнее цензоров из Канзаса. За что им отдельное человеческое спасибо.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

Поделиться:
Загрузка
Найдена ошибка?
Закрыть