Сделать Газету.Ru своим источником в Яндекс.Новостях?
Нет, не хочу
Да, давайте

Восемь лет расчеловечивания

О сдержанной реакции нашей либеральной интеллигенции на Донбасс

Писатель, публицист

В 2014 году я несколько раз ходила на антивоенные сходы, где добрая интеллигенция пела украинские песни и бегала от Росгвардии. Потом я снимала в Петербурге митинг в поддержку украинского «Беркута», и меня с криком: «Ты за Россию или нет?» – ударили в глаз, когда услышали, что я с «Эха». Еще спустя пару месяцев вся наша пишущая редакция покинула «Эхо Москвы в Петербурге», потому что тогдашние его владельцы-миноритарии сошли с ума на почве крымской истерии куда сильнее рядовых обывателей и продавливали линию государства куда жестче, чем это решалось делать само государство.

Мы, скажем так, прогрессивные российские интеллигенты, внимательно следили за новостями с Украины, рыдали над «герои не вмирают» и, конечно, не хотели войны. Вся российская либеральная интеллигенция громко и внятно выступила с осуждением Москвы. А потом…

Потом мы в течение восьми лет видели от Украины то, что заставило от нее отвернуться. Сейчас много чего обсуждают, но никто в нашей прессе не решается внятно объяснить, почему на сей раз в России нет мощного сочувствия Украине, какое было в 2014 году. Думаю, цензура и репрессии тут ни при чем, за флаг Украины в фейсбуке у нас не судят и даже с работы не увольняют, однако разместили его единицы – в основном, простите, городские сумасшедшие или наши политэмигранты, сидящие кто в Лондоне, кто в Португалии.

Главная причина, по которой российская интеллигенция сейчас отвернулась от Украины и повернулась лицом к Донбассу, – в чудовищной волне расчеловечивания россиян и русских из ДНР-ЛНР. Украинцы, сами ли по своей натуре или подзуженные собственной пропагандой, совершенно расчеловечили образ россиян, даже тех, кто шел на конфликт со своим государством, чтобы протянуть Украине руку.

Но им было мало – они стали требовать от нашей либеральной интеллигенции громко говорить о превосходстве украинцев. Мало было в 2014 году выходить на антивоенные митинги, увольняться, кричать, что ты уважаешь украинский путь в Европу, – надо было, если ты хоть сколько-то публичный человек и говоришь об Украине, во всем ее превозносить над Россией. Они этого ждали. Это был пропуск в разговор. Я помню совершенно фантастические публичные споры, помню, как лично меня за статьи в либеральнейших наших изданиях называли кремлевской подстилкой и еще чем похуже лишь за то, что я отказывалась поддерживать слова о генетической неспособности русских жить свободно, о том, что в Донбассе живут недочеловеки. Украинцы, как рядовые бездельники из фейсбука, так и публичные персоны, буквально душу из тебя вытрясали, требуя вслух называть их более трудолюбивыми, красивыми и даже лучше нас говорящими на русском языке. Если мы в России писали, что сразу узнаем украиноязычных по говору и более консервативной лексике, к нам прибегали толпы украинцев и объясняли нам, что мы уроды и быдло. А сколько споров было по поводу числа выгребных ям на душу населения и газификации хат? Я лично меньше неприятностей получила в молодости, когда писала про крышевание провинциальным УБОПом игорных клубов, чем после попытки на графиках объяснить, что Украина не опережала Россию по числу частных домов с теплым туалетом или уровню газификации. За публикацию сводок Укрстата украинцы же полоскали меня в своих СМИ, ко мне приходили сотни и даже тысячи жителей Украины, объясняли мне, что я тварь. При этом вряд ли из них хотя бы каждый третий получал за свою ридну неньку в глаз или остался без работы.

Вы помните, чем была в середины 2010-х «Новая газета»? Я писала туда о том, что, вообще-то, российской интеллигенции Украина поднадоела с ее вечным ожиданием признания святой жертвы и что надо бы сменить песенку – в ответ меня, человека с таким прошлым, смешивали с грязью и даже, вроде как, обещали включить в базу «Миротворца».

Ты мог быть вдоль и поперек оппозиционером и отбить себе почки на антивоенном сходе, но стоило тебе ляпнуть в разговоре, что вообще-то по статистике домов без канализации на Украине больше, тебя обливали ненавистью. К тому же они нам всем очень надоели, был период, когда они вообще, кажется, сидели в рунете и постоянно нам твердили, какие мы уроды, генетически ненормальные.

Тут уже политические взгляды – дело десятое. В норме, если человеку постоянно твердить на пределе одно и то же, он устанет. Я думаю, наша интеллигенция и тот самый креативный класс к 2016 году просто утомились слушать украинцев. Киевляне постоянно смеялись над Россией, говоря, что нам-де нечем заняться, кроме как следить за Украиной, а в реальности украинская повестка в России жутко надоела. Может, где-то в телевизоре и говорили про них каждый день, но в моем круге Украина не занимала умы людей с утра до вечера. Поэтому меня лично просто достали украинские журналисты, активисты, которые писали мне постоянно, писали моим коллегам. Мои статьи одно время перепубликовывались в украинских СМИ, там их без меня обсуждали и выносили вердикт, что я моральный урод или, допустим, говорили, будто я не безнадежна, еще бы признала, что за Украиной будущее, и, типа, совсем буду молодец.

А мне просто это все надоело. Однообразно и оскорбительно.

У меня по итогам включения в украинскую тему в 2014-2015 гг. осталось одно впечатление – что меня ненавидят, а мне на них плевать. Вязкая, туполобая и привязчивая ненависть, требующая почитания к себе.

И не я одна это уловила в России – все поняли, даже либералы. Сочувствие Украине быстро стало аморальным, потому что оно давно должно подаваться в одном стакане с лестью украинской трудоспособности и свободолюбию. Чтобы на Украине тебя не называли постоянно сволочью, тебе мало было быть в России оппозиционером или независимым журналистом – надо было обязательно льстить украинской самостийности, постоянно напоминать, какая это гордая и талантливая нация.
Конечно, всем надоело!

Вторая причина отторжения: мы видели, какому прессу и расчеловечиванию подвергались те же жители Донбасса, как их называли. Почему-то Киев стал твердить, будто в Донбассе жили дармоеды, что это дотационный дикий регион. Для этого вовсе не нужно было смотреть российское ТВ – мы и в сети все видели. И сами могли проверить, как выглядел на фото Донбасс до второго Майдана. Просто посмотрите панорамы на картах.

В связи с Донбассом я не первый год думаю: если украинцы даже меня в Ленобласти по интернету достали своими криками о рабских генах и пр., каково было этим людям жить на Украине и чего ждать от новой власти? Чтобы российский либерал мог говорить с украинским гражданским обществом без ответных плевков в лицо, ему приходилось расчеловечить в своих глазах население Донбасса. Забыть, что все эти слова про второсортность, рабство, про сожжение в котлах и пр. относилось к живым людям. Если ты вдруг вспоминал, что там тоже живут люди и они, как минимум, заслуживают называться людьми и быть услышанными, тебя тоже записывали в недочеловеки.

Ну вот как там жить? Я в 2013 году собиралась ехать в путешествие по Украине, но остановил приступ астмы. Я тогда уже спланировала маршрут, расписала остановки. В одном хостеле во Львове увидела на сайте объявление о том, что русские платят на треть дороже. В другом прямо на стойке рецепции стояла табличка: «По-русски не говорим, водки нет». А в 2014 году там уже вовсю пошли шутки про шашлык из сепара и на украинском ТВ обсуждали, как выгонять из магазина бабульку, если она говорит по-русски. Все забыли украинскую тетеньку, швырнувшую мелочь в лицо продавщице, не говорившей на мове? Я вот не забыла, как эта тетя по всем украинским телешоу выступала и ей хлопали. Заметьте, рассказывала нам об этом никакая не российская пропаганда, а обычные украинцы. И нормальным людям такие сцены не внушали оптимизма.

Мы – страна, в которой почти 80% русских. Русские – вполне конкретный этнос, имеющий ряд четких культурных и бытовых признаков. Есть народности, слабо друг от друга отличающиеся. Русские достаточно легко себя идентифицируют. Это очень важно понимать, если хочется предугадать ту или иную реакцию русских на приключающиеся с другими русскими неприятности. Через этот факт трудно перешагнуть, его тяжело обойти или замалчивать. Жители России ассоциируют донбассовцев со своим этносом и своей культурой. У либеральной интеллигенции, как это ни удивительно, даже у самой оппозиционно настроенной, тоже есть национальность, и они такие же люди, как другие. Поэтому среди либералов в десятые годы произошло отчетливое разобщение: вся эта некогда дружная тусовка разделилась на этнических русских, украинцев и немцев с евреями. Честное слово! Даже дружить стали по национальному признаку. Это сильно не афишируется, но так и есть. Потому что русские либералы не смогли вместе с условным Аркадием Бабченко или Виктором Шендеровичем (признан в РФ иностранным агентом) шутить про ген рабства и шашлык. Вот и все. И Бабченко с Шендеровичем были потихоньку вытеснены из повестки.

Чтобы российская интеллигенция продолжила сочувствовать Украине, ей требовалось публично расписаться в ненависти к русским, а она не захотела этого делать.

Идеология и государственные интересы здесь второстепенны: просто россияне отказались расчеловечивать русских на радость Украине. Никаких других причин, почему либералы сегодня не разворачивают в России украинские флаги, нет. Повторяю неверующим киевлянам: за налепленный в фейсбуке флаг Украины у нас не сажают.

Мы всего лишь не хотим, чтобы соседи и коллеги перестали подавать нам руку.

Поэтому просвещенный, так сказать, класс в России сегодня в лучшем случае молчаливо вздыхает, а зачастую и поддерживает признание ДНР-ЛНР. Некоторые восемь лет назад были очень радикально проукраински настроены и слыли, конечно, большими либералами. Сейчас всякие бабченки кричат им из Эстонии, что они-де продались и переобулись. На самом деле это нормальная реакция на восемь лет расчеловечивания. Российская интеллигенция проявила значительную смелость и заплатила свою цену за выступления 2014-2015 гг., а за это была облита Украиной грязью и поставлена перед необходимостью тоже презирать свой народ, если хочет, чтобы с ней говорила интеллигенция украинская. Согласились немногие, и почти все они были вынуждены уехать из России, потому что так вести себя нельзя.

Когда Украина призывала российских интеллигентов и оппозицию протянуть ей руку помощи, она не учла главного: что в России живут отнюдь не украинцы. Украина предлагала нашей интеллигенции дружить только на условиях самоуничижения последней – та отказалась. Единицы высказывают сейчас слова поддержки Украине, остальные предпочли отвернуться от тех, кто восемь лет называл нас мясом и быдлом.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

Поделиться:
Загрузка
Найдена ошибка?
Закрыть